«Как теперь жить под этим солнцем?»: что меняется в диагностике и лечении меланомы

14.07.2026

За последние десять лет меланома, которая еще недавно ассоциировалась с крайне неблагоприятным прогнозом, стала заболеванием, где прогресс медицины особенно заметен. Какие технологии уже применяются при таком диагнозе, как они влияют на эффективность терапии и почему пациентов больше всего волнует не сама болезнь? 

О новых подходах к диагностике и лечению одного из самых агрессивных видов рака рассказали онкологи, дерматологи и исследователи Санкт-Петербурга и других регионов России на круглом столе фонда «Не напрасно» в издательском доме «Деловой Петербург». Собрали ключевые тезисы. 

1. Санкт-Петербург лидирует по выявляемости меланомы среди регионов России

Меланома — редкий, но самый агрессивный вид рака кожи, при котором происходит мутация меланоцитов. Эти клетки расположены по всей поверхности тела, они вырабатывают пигмент меланин, который отвечают за естественный цвет кожи, глаз и волос. Один из основных факторов риска развития меланомы — воздействие ультрафиолета, особенно солнечные ожоги, полученные в течение жизни.

В 2024 году в России о таком диагнозе узнали около 14 тысяч человек, среди них — 661 петербуржец. В Северной столице на каждые 100 тысяч жителей приходится 12,2 новых случая меланомы — против 9,55 в среднем по стране. Почему именно Санкт-Петербург оказывается среди лидеров по выявляемости заболевания?

Арина Вашкевич, дерматолог, врач Клиники высоких технологий имени Н.И. Пирогова, доцент: 

Во-первых, меланома чаще диагностируется у пожилых. В Санкт-Петербурге заметно больше людей старшего возраста, а меланома преимущественно поражает именно эту группу. Во-вторых, в крупных городах лучше развита система диагностики, благодаря чему заболевание все чаще выявляют на I–II стадиях, когда вероятность полного излечения значительно выше.

Мы живем в городе, где солнце — редкость. Поэтому многие во время отпуска стараются загореть как можно сильнее и проводят целые дни под солнцем без защиты. Такие интенсивные солнечные ожоги значительно опаснее, чем кажется.

Именно поэтому важно регулярно пользоваться солнцезащитными средствами, внимательно относиться к любым изменениям на коже и не откладывать визит к врачу при появлении подозрительных образований.

При этом меланома далеко не всегда возникает на открытых участках тела. Она может развиваться и в «скрытых» зонах: между пальцами ног, на ладонях, подошвах, коже головы и даже на половых органах — местах, которые большинство людей редко осматривают самостоятельно.

Арина Вашкевич, дерматолог: 

Поводом для обращения к специалисту должно стать любое изменение уже существующей родинки или появление нового образования на коже. Если одна родинка заметно отличается от остальных по форме, цвету или размеру — это серьезный сигнал, который нельзя игнорировать.

2. За десять лет лечение изменилось кардинально

Меланома стала одним из самых быстро развивающихся направлений современной онкологии. 

Владислав Евсеев, онколог-химиотерапевт, руководитель Медицинского совета фонда «Не напрасно», заведующий онкологическим отделением «Ледин Клиники»:

Главные прорывы — иммунотерапия и таргетная терапия. Первая не атакует опухоль напрямую, а активирует собственную иммунную систему пациента, заставляя ее распознавать и за уничтожать раковые клетки. 

Вторая действует прицельно — блокирует конкретные молекулярные мишени, в частности BRAF-мутацию, которая встречается примерно в половине случаев меланомы кожи.

Еще десять лет назад на IV стадии заболевания большинство людей не доживало даже до одного года с момента постановки диагноза. Теперь половина таких пациентов при применении комбинации иммунотерапевических препаратов ипилимумаба и ниволумаба может прожить 6 лет.

Владислав Евсеев, онколог-химиотерапевт:

Разработка препаратов требует огромных инвестиций, и их стоимость остается высокой. Современные лекарства начали широко внедряться еще в 2018–2019 годах, и большинство инновационных подходов уже доступно в России в рамках ОМС и государственных программ. Для нас это уже не просто данные научных исследований, а повседневная клиническая практика.

3. Вакцины и клеточная терапия против меланомы: от эксперимента к практике

Одно из самых перспективных направлений в лечении людей с меланомой — мРНК-вакцины. 

Вадим Шиндяпин, онколог, исследователь в области иммуноонкологии Научно-технологического университета «Сириус», член Медицинского совета фонда «Не напрасно»:

Мы научились кодировать десятки индивидуальных неоантигенов опухоли в одну молекулу РНК, чтобы точечно “натренировать” иммунитет пациента. Здесь Россия демонстрирует ускоренный темп даже по мировым стандартам. 

Эти вакцины персонализированные: для каждого пациента препарат создается индивидуально. Сейчас цикл занимает 2-3 месяца, и задача ближайших лет — сократить сроки до нескольких недель, снизить стоимость и масштабировать производство.

Хотя массовое применение подобных технологий пока остается вопросом будущего, специалисты уверены: после завершения исследований такие методы постепенно начнут внедряться в клиническую практику. При этом изучаются и новые сценарии использования мРНК-вакцин. Так, максимальный эффект они дают в комбинации с иммунотерапией. 

Важное место в клеточной терапии при меланоме занимает TIL-терапия (терапия опухоль-инфильтрирующими лимфоцитами).

Вадим Шиндяпин, онколог, исследователь в области иммуноонкологии:

Мы резецируем опухоль и выделяем из нее популяцию иммунных клеток, которые уже пытались атаковать новообразование, но их функция была подавлена иммуносупрессивным микроокружением опухоли. Затем эту популяцию экспансивно размножаем в лабораторных условиях и возвращаем пациенту.

Особое внимание эксперты также уделяют альтернативному подходу при создании мРНК-вакцин — так называемым готовым вакцинам на основе общих неоантигенов (off-the-shelf).

Вадим Шиндяпин, онколог, исследователь в области иммуноонкологии:

Вместо полностью персонализированного препарата мы на основе больших популяционных данных определяем общие неоантигены — мутации, которые часто встречаются у пациентов с определённым типом рака (например, при раке поджелудочной железы), и создаем одну универсальную вакцину. 

Такой подход менее эффективен для конкретного пациента, чем полностью персонализированный, но значительно проще в производстве и логистике. Это временное, но важное решение, которое позволяет преодолеть текущие технологические ограничения.

4. Клинические исследования открывают доступ к новым методам лечения

В мире одновременно идут исследования различных вакцин против меланомы, в них участвуют сотни пациентов.

Артем Полторацкий, руководитель отдела организации клинических и доклинических исследований
НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова:

Клинические исследования – это то, с чего стоит начинать искать возможности лечения. Участие в таких программах — один из способов получить доступ к самым современным технологиям еще до их широкого внедрения.

5. Роль хирургии постепенно меняется

Хирургическое лечение также эволюционирует: благодаря успехам системной лекарственной терапии операции становятся менее травматичными — и это помогает людям сохранять привычное качество жизни. 

Ольга Байкалова, онколог и пластический хирург НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова:

Если раньше операция была основным этапом лечения меланомы, то сегодня ее роль постепенно меняется. Хирургическое вмешательство все чаще используется для верификации диагноза и проведения биопсии, тогда как основное лечение определяется современными лекарственными методами.

При этом если заболевание выявлено на ранней стадии, операция зачастую остается наиболее эффективным и при этом менее травматичным способом лечения по сравнению с длительной медикаментозной терапией, отмечают эксперты. 

6. Пациентов больше всего волнует не болезнь, а система здравоохранения

Фонд «Не напрасно» более 16 лет создает проекты и it-сервисы в области медицины, оказывает комплексную информационную поддержку в вопросах онкологии и здоровья. Так, его бесплатная онлайн-справочная «Просто спросить» помогает людям с онкозаболеваниями найти ответы на практические вопросы по своей ситуации. При этом чаще всего они касаются вовсе не медицинских аспектов болезни. 

Наталья Хилько, руководительница группы проектов «Все не напрасно» фонда «Не напрасно»:

Люди в первую очередь пытаются разобраться в системе здравоохранения: как получить современное лечение, куда обращаться за помощью, как записаться к нужному специалисту и где найти необходимое лекарство или его достойную альтернативу.

После завершения лечения от меланомы нередко возникает новый вопрос: “Как теперь жить под этим солнцем?”

Чтобы помочь пациентам и их близким получить проверенную и достоверную информацию, команда фонда также развивает онлайн-энциклопедию «Онко Вики»: все статьи в справочнике пишут врачи, каждый материал проходит пять этапов экспертной проверки. Инструкции по защите кожи от солнца и истории людей, которые столкнулись с онкозаболеваниями, в том числе с меланомой, можно прочитать в просветительском издании «Профилактика Медиа». 

Что еще почитать: 

• Что нужно знать о меланоме кожи: 11 фактов 

• Правильный крем, одежда и время для прогулок: как защитить свою кожу от солнца

• Травмирование родинки: может ли вызвать рак кожи и как оказать себе первую помощь 

• Диспластические невусы: чем отличаются от обычных родинок и как связаны с риском меланомы 

• «Бояться любой родинки на теле ребенка не надо»: что нужно знать о меланоме кожи у детей

• Как изменилось лечение онкозаболеваний за 30 лет: пять важных открытий